Один из создателей шоу Stand Up на ТНТ, с которого в 2013 году начался российский стендап-бум, в 2023 году Руслан Белый уехал с семьей из России, сначала в Турцию, потом в Испанию, и новый концерт именно об этом: как взрослый человек заново учится жить в стране, где он никого не знает, а местные не знают его. Immigracias — мировой тур, в котором Белый шутит про бюрократию, язык, детей, которые адаптируются быстрее родителей, и про то, каково быть «понаехавшим» в Европе. Главный редактор Xpat.Land Илья Жегулев поговорил с ним о том, почему он выбрал Испанию, а не Португалию, зачем эмигранту с ребенком кабриолет и почему в эмиграции не бывает творческой тусовки.
«Решающим стал паспорт для ребенка»
Почему все-таки Испания, а не Португалия? Вы говорили, что любите Лиссабон.
История банальная до невозможности. Португалию я люблю, до 2020 года часто там бывал, Лиссабон — один из моих любимых городов. У меня там даже был ВНЖ (вид на жительство). В новом концерте я отчасти рассказываю, как так вышло.
Но мы с женой ждали ребенка. После 2022 года стало ясно: в этом мире надо быть готовым к любым катаклизмам, и желательно — с очень разнообразным набором документов. Как новоиспеченные родители, мы думали наперед, какие документы будут у нашего ребенка. Вариантов было немного: рожать в Америке ради американского паспорта или в Испании, где тоже работает право рождения (дети иностранцев, родившиеся в Испании, могут получить гражданство после года легального проживания в стране – Xpat.Land). Выбор пал на Испанию, а на Барселону — потому что там уже были знакомые.
А Аргентина? Многие ехали рожать туда.
Думали и про Аргентину. Но победила возможность европейского паспорта. Поэтому мы поехали в Барселону — не обязательно сразу жить, но точно рожать. А уже оказавшись там, поняли, что это отличное место для релокации.
«Не все мои заявления носят документальный характер»
В антивоенном концерте вы говорили, что денег у вас хватит на четыре года, а дальше вы не знаете, что делать. Так и было?
Я все чаще сталкиваюсь с проблемой, которая касается как минимум комиков в эмиграции: к их творчеству такое пристальное внимание, что люди забывают — это юмор. В нем действуют законы жанра: утрирование, гипербола, упрощение, а иногда и подвирание фактов, чтобы получше сформулировать шутку. Поэтому не все мои заявления со сцены носят документальный характер. Они близки к правде и основаны на собственном опыте, но это не автобиографическая повесть.
Хотя ощущение тогда действительно было такое: мы все уехали в неизвестность. Думаю, это длилось не дни, а месяцы, может, год-полтора. Я не буду бить себя в грудь и кричать, что был ко всему готов. Но я понимал, что, что бы ни произошло, в апатию, уныние или, не дай бог, алкоголизм я не скачусь. Будь я один, может, это было бы даже заманчиво. Но я отец и муж, и по нашей классической советской настройке не имею на это права.
И как в итоге с деньгами?
Наладить творческий график и работу в эмиграции получилось. Пока с деньгами все хорошо. Иногда можно задуматься даже о бонусах — путешествиях, отдыхе, отложить что-то. Может, даже начать изучать вопрос ипотеки.
«Лучше я потом ошибусь»
Но оптимизма поначалу не было?
Я не знаю людей, которые уезжали бы с чистым оптимизмом. Конечно, в начале было очень много опасений. План у меня был, но в эмиграции не все зависит от тебя. Есть бюрократия. Европейское общество даже на уровне бытовых социальных вещей сильно отличается от того, к которому мы привыкли, и ты каждый раз открываешь что-то новое.
Мы налаживаем жизнь, улучшаем быт, уже что-то планируем. Но вокруг — война России и Украины, война Америки и Израиля с Ираном, студенческие протесты во Франции, правый крен в европейской политике. Стабильного будущего не видно. Поэтому я держу руку на пульсе и остаюсь чуть-чуть пессимистом. Лучше я потом ошибусь, чем начну сейчас шапками закидывать.
Что бы вы посоветовали тем, кто уезжает без особых планов и подушки безопасности?
Очень хорошо подумать еще раз. Эмиграция — совсем не сахар. Есть фраза: не путайте путешествие с эмиграцией. По-моему, она очень правдива. Можно приехать в страну на месяц-два и решить, что все не так плохо и ты справишься. Я не хочу питать людей ложными надеждами: это возможно, но все еще очень и очень тяжело.
«Мой девиз – ничего не бояться»
Вы как-то говорили, что минусов в эмиграции больше, чем плюсов. Для вас лично это так?
У меня такой склад характера: во мне всегда было очень мало ностальгии. Люди хранят фотографии, игрушки, вещи, привязаны к родительскому дому, школе, университету. Со мной такого никогда не происходило. Я всегда легко расставался с вещами и с географией — со всеми местами, где жил. С людьми сложнее: я уехал в сорок лет, и круг важных для меня людей уже сложился. Им я дорожу.
Так что для меня большой плюс в том, что нет тоски по березкам, по климату, по природе. Снега мне хочется исключительно две недели перед Новым годом. А первого января я самый счастливый человек на земле: за окном солнце, плюс пятнадцать, и не надо заматываться в невероятные пуховики.
Я знаю многих, кто депрессует и скатывается в ностальгию. Мой девиз — ничего не бояться. Если у вас один раз получилось и это не был выигрыш в лотерею, с большой вероятностью получится и второй. Будет очень трудно, но получится. Старые эмигранты, которые уехали десять, пятнадцать, двадцать лет назад, подтверждают: они испытывали то же самое — те же трудности, ту же ностальгию. А через пятнадцать-двадцать лет вы будете вспоминать этот этап с улыбкой.
Как в Испании с тусовкой стэндапперов и вообще с творческой средой?
Творческое сообщество в эмиграции в корне отличается от того, что в России или Беларуси. Там есть инфраструктура, наработанная десятилетиями, медийные возможности — раньше телевидение, сейчас интернет. И аудитория: в России 140 миллионов человек, на них ты потенциально можешь показывать и продавать свое творчество. Эмигрантов много, по всей Европе, может, миллион, два, три. Но это кратно меньше.
Поэтому как таковой тусовки нет. Разъехались немного комиков, немного актеров, немного музыкантов. По моим наблюдениям, в эмигрантской среде сейчас жесткий селфмейд: каждый занимается исключительно собой, потому что сил немного, а работы кратно больше. Я не про гастроли, а про создание контента. Что-то раньше можно было делегировать, что-то брали на себя продакшены. Здесь никаких продакшенов нет, ты делаешь вообще все сам.
Так что про Лиссабон я бы поставил вопрос иначе: хорошо, что там хоть какая-то сцена есть. Больших артистов уехало очень мало, во всех сферах.
Много талантливых ребят, которые работают айтишниками, барменами, менеджерами и параллельно решили заниматься стендапом. Этим и объясняется уровень. Если ориентироваться не на звезд, а на тех, кто только начинает, в России начинающие комики выглядят точно так же. Не стоит ждать здесь каких-то прямо качественных перформансов.
Кабриолет вместо детского кресла
Одним из ваших способов освоиться в Испании стала покупка кабриолета. Я сам отец и не понимаю: кабриолет покупают, пока нет детей. Как только они появляются — заднее сиденье, детское кресло.
Мы с женой тоже много об этом думали. Но, справедливости ради, ребенок у нас пока один, и она прекрасно сидит сзади, места ей хватает. Багажник тоже вместительный, а в теплом климате даже зимой не нужно возить огромное количество вещей. Если углубиться в технику: при закрытой крыше туда спокойно влезает большой чемодан, маленький чемодан и пара рюкзаков. Или коляска и большой чемодан.
Мы опасались, но решили думать не только о ребенке, но и о себе — пользоваться этим вайбом возможностей. Не побоялись, окунулись и пока ни капли не жалеем.
Тогда совет: летом сажайте всех в кабриолет вместе с чемоданом и детским креслом и не спеша езжайте в Лиссабон и долину Дору.
Когда малая немного подрастет — в дальнем путешествии тяжело сидеть в любой машине. Но мы планируем: рядом Франция, вся Испания еще не изведана, и Португалия тоже.
Пару слов о новой программе. Как связано с эмиграцией ее название?
Это игра слов: «эмиграция» и испанское gracias — «спасибо». Грубо говоря, «спасибо за эмиграцию». Один из плюсов эмиграции, о котором я говорю в концерте: да, мы расстались со множеством крутых людей, но получили опыт знакомства с новыми. Я человек несентиментальный, но каждый раз по-хорошему обалдеваю, какие потрясающие люди сейчас вокруг меня. Неважно, стали мы друзьями или хорошими знакомыми: у всех невероятные истории. Мне очень нравится русскоязычное окружение, в котором я сейчас нахожусь.
«Сапожник без сапог»
Нужно ли ассимилироваться, учить язык — или можно остаться в русскоязычном пузыре?
Конечно, нужно, что за вопрос. Особенно если у вас дети: они идут в школу и учатся на местном языке — испанском, немецком, французском, португальском. Дальше им общаться со школой и друзьями.
Тут я сапожник без сапог: говорю это, хотя сам еще не сел за испанский. Но тур заканчивается, Лиссабон — последний город. Потом я выложу концерт, на год приземлюсь в Барселоне, буду писать новую программу и пойду в языковую школу.
Но строить карьеру на испанском, конечно, не планируете
Конечно, нет. Язык нужен для жизни: чтобы почувствовать культуру и упростить себе быт. Чем старше становишься, тем больше общаешься с врачами, социальными службами, и на испанском это гораздо удобнее. Будь я один, наверное, решил бы, что мне хватит английского. Нас пугали, что в Европе не говорят по-английски, но это оказалось неправдой. В Барселоне прекрасно говорят.
Immigracias
25 октября, 19:00
ISCTE, Энтрекампуш
